Успешные кейсы юристов

Призывнику аннулировали два чужих кредита и очистили кредитную историю

Проблема: Военнослужащий по призыву узнал о двух чужих кредитах, когда с его счета списали деньги по судебному приказу, а в кредитной истории появились просрочки.
Решение: Суд признал оба договора ничтожными и отдельно обязал банк направить в бюро кредитных историй запросы на удаление записей.

Молодой человек ушел служить по призыву с простым кнопочным телефоном без интернета. Пока он был в части, на его имя через мобильный банк оформили два кредита на 130 000 рублей под 69 и 71 процент годовых. О долге он узнал, когда с его счета списали деньги по судебному приказу.

Исполнитель Клепиков Дмитрий Константинович Профессиональный юрист-практик.

Нужна помощь юриста сейчас? Получить помощь

Суть спора:

Перед отправкой в часть призывник сдал паспорт сопровождающему, а в военкомате получил сим-карту с новым номером и банковскую карту на свои паспортные данные. Счетов в этом банке у него раньше не было.

В заявлении на комплексное обслуживание от руки был дописан номер телефона. Истцу этот номер не принадлежал, и именно на него банк отправлял пароли для входа в мобильный банк.

С этого номера в банк поступили две анкеты-заявки, подписанные простой электронной подписью. По первой выдали 100 000 рублей под 68,9 процента годовых, по второй 29 999 рублей под 70,8 процента. Деньги зачислили на счет и сразу перевели другим лицам.

Все это время истец находился в воинской части. Телефон у него был кнопочный, без выхода в интернет, смс с паролями на его собственный номер не приходили, а паспорт вернули только после окончания службы.

О кредитах он узнал не от банка. Со счета списали деньги по судебному приказу мирового судьи, и при обращении в судебный участок выяснилось, что на него оформлены два договора.

По заявлению возбудили уголовное дело о хищении 129 999 рублей. Потерпевшим по нему признали банк. Следствие установило, что номер телефона, на который оформлялись кредиты, зарегистрирован на постороннюю женщину, допросить ее не удалось: она умерла.

Кроме признания договоров недействительными истец требовал убрать записи о кредитах из кредитной истории и взыскать 100 000 рублей морального вреда.

Позиция сторон:

Истец Кредитные договоры он не заключал, заявок не подавал и денег не получал. В период оформления находился на срочной службе, имел кнопочный телефон без интернета и реальной возможности распорядиться деньгами не имел. Номер, на который банк слал пароли, ему не принадлежит и в заявление вписан чужой рукой. Кредитная история испорчена в результате мошеннических действий. Просил признать обе сделки ничтожными, обязать банк аннулировать записи в бюро и компенсировать моральный вред.

Ответчик Банк иск не признал. По его доводам договоры заключены в системе дистанционного обслуживания с использованием доверенного номера телефона, что подтверждается цифровым протоколом работы системы. Клиент с заявлением о проверке правильности заключения договоров в банк не обращался. Доказательств того, что банк знал или должен был знать об обмане со стороны третьих лиц, в деле нет, поэтому оснований для удовлетворения требований не имеется.

Анализ судебного процесса:

Суд начал с того, что такое сделка. По статье 153 Гражданского кодекса это действие, направленное на установление прав и обязанностей, и Пленум Верховного Суда прямо называет сделкой волеизъявление. Указание закона на цель действия означает, что воля участника обязательна.

Дальше суд применил правило о форме. Кредитный договор заключается письменно, и по статье 820 Гражданского кодекса нарушение этого требования делает его ничтожным. Пленум относит такой договор к ничтожным прямо. Договор, подписанный от имени заемщика неустановленным лицом, письменную форму не соблюдает, потому что волеизъявления самого заемщика в нем нет.

Отдельно суд указал на природу происходящего. Заключение договора в результате мошеннических действий это неправомерное действие, посягающее на интересы человека, который ничего не подписывал. Применительно к пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса он здесь третье лицо, чьи права нарушены сделкой.

Фактическую сторону суд разобрал по доказательствам. Оформление шло с номера, который истцу не принадлежит. Смс-сообщения банк направлял туда же. Деньги после зачисления ушли другим лицам. В совокупности с материалами уголовного дела и подтверждением службы это означало, что воли истца на получение кредитов не было.

Требование об очистке кредитной истории суд рассмотрел как самостоятельное. Поскольку ни договоры, ни согласие на обработку персональных данных истец не подписывал, сведения в бюро недостоверны. Обязанность направить запросы на их удаление возложили на банк, причем сразу в шесть бюро кредитных историй, которые участвовали в деле.

Моральный вред суд взыскал по статье 151 Гражданского кодекса, оценив характер нарушения и объем нравственных страданий. Из заявленных 100 000 рублей присудил 20 000.

Ключевая позиция суда Ничтожность договора сама по себе не чистит кредитную историю Записи в бюро живут отдельно от договора, и удалить их обязывают кредитора. Поэтому требование об аннулировании сведений заявляют вместе с требованием о недействительности, а не после него.

Решение суда:

Иск удовлетворен частично. Оба кредитных договора, на 100 000 и на 29 999 рублей, признаны недействительными (ничтожными) с применением последствий недействительности. Банк обязан направить запросы на удаление недостоверных сведений из кредитной истории истца в шесть бюро кредитных историй. С банка взыскано 20 000 рублей компенсации морального вреда и 6 000 рублей государственной пошлины.

Требования к банку Два кредитных договора, очистка кредитной истории, моральный вред

Удовлетворены

Комментарий юриста:

«В таких делах выигрывает не эмоция, а связка из двух-трех документов, которые показывают физическую невозможность. Здесь это справка о службе с маршрутом по частям, сведения оператора о принадлежности номера и материалы уголовного дела. По отдельности каждый документ спорен, вместе они не оставляют банку аргументов.

Главное доказательство в этом деле нашлось в бумагах самого банка. В заявлении на обслуживание номер телефона был дописан от руки, и этот номер истцу не принадлежал. Именно туда уходили пароли. Когда в документе банка видна чужая правка, цифровой протокол работы системы перестает что-либо подтверждать: он фиксирует, что команды пришли с доверенного номера, но не отвечает на вопрос, чей это номер.

Отдельного внимания стоит то, чего едва не упустили. Признание договора ничтожным само по себе не убирает записи из кредитной истории. Бюро не сторона кредитного договора и о решении суда не узнает, пока кредитор не направит туда сведения. Если такое требование в иске не заявить, придется судиться второй раз, уже об обязании банка. Здесь требование заявили сразу и получили обязанность направить запросы во все шесть бюро.

Что стоило сделать иначе. Истец не обращался в банк с заявлением о проверке законности заключения договоров, и ответчик на это прямо ссылался. На исход это не повлияло, но досудебное обращение закрывает такой довод и иногда решает вопрос без суда: банк проводит проверку сам.

Про размер морального вреда ожиданий лучше не строить. Из заявленных ста тысяч присудили двадцать. Это обычная практика, и сумму в иске завышать смысла нет, а вот подтвердить последствия стоит: отказ в другом кредите из-за испорченной истории или удержания по приказу подтверждаются документами».

**Источник:** Решение Кунашакского районного суда Челябинской области от 27 мая 2026 года по делу N 2-157/2026.

Источник: Решение Кунашакского районного суда Челябинской области от 27 мая 2026 года по делу N 2-157/2026.

Частые вопросы

Ничтожная недействительна с самого начала и независимо от решения суда, оспоримую нужно признавать недействительной в суде. Для кредитов, оформленных посторонним человеком, применяют именно ничтожность: подпись неустановленного лица означает, что письменная форма не соблюдена. На практике в суд идут в обоих случаях, но от этого зависит, какой срок исковой давности применяется.

По ничтожным сделкам срок три года со дня, когда началось исполнение договора, но для человека, который стороной не был, он считается со дня, когда тот узнал о сделке. Затягивать не стоит: чем позже обращение, тем сложнее собрать доказательства у операторов связи и в банке, где сроки хранения данных ограничены.

Сначала узнают список бюро, где хранится история, через портал госуслуг, а затем запрашивают отчет в каждом из них. Дважды в год это бесплатно. Проверять стоит не только действующие договоры, но и заявки: отказы по заявкам, которые вы не подавали, тоже признак того, что данными пользовались посторонние.

Подают заявление в полицию и получают талон-уведомление, затем письменно обращаются в банк с требованием провести проверку и приостановить взыскание. Параллельно запрашивают в банке копии всех документов по договору, включая заявление на обслуживание: именно там чаще всего обнаруживается чужой номер телефона.

Он работает на будущее: в кредитной истории появляется отметка, и банк, выдавший кредит вопреки запрету, не сможет требовать его возврата. Установить и снять запрет можно через госуслуги или МФЦ. На уже оформленные договоры это не распространяется, их по-прежнему оспаривают через суд.

Сначала добиваются отмены судебного приказа: на это дается десять дней со дня получения копии, а при пропуске срок восстанавливают, если приказ не вручали. После отмены приказа исполнительное производство прекращается, а списанные деньги возвращают по заявлению о повороте исполнения.

Нет. Гражданский иск рассматривают независимо, достаточно постановления о возбуждении дела и материалов следствия. Приговор усиливает позицию, но дела о дистанционных хищениях часто приостанавливают из-за того, что виновного не нашли, и ждать его можно годами.

Позиция усложняется, но не становится безнадежной. Тогда доказывают, что доступ к номеру получили посторонние: подмена сим-карты по поддельной доверенности, вредоносное приложение, перенаправление сообщений. У оператора запрашивают сведения о перевыпуске сим-карты и о входящих соединениях за спорные сутки.

Прямой ответственности за сам факт выдачи закон не устанавливает, и в этом деле суд вопрос о вине банка не разбирал. Но банк обязан проверять признаки подозрительных операций, и если перевод ушел сразу после зачисления на незнакомый счет, об этом стоит заявлять: это довод и в споре о недействительности, и в вопросе о моральном вреде.

Можно, если они подтверждены. Это, например, расходы на юриста, на справки и почту, проценты, которые пришлось заплатить до отмены договора, или удержанные приставами суммы. Голословная ссылка на испорченную репутацию убытками не считается, нужны документы о конкретных потерях.

Всех, где хранится ваша история, а их может быть больше пяти. Список берут на госуслугах до подачи иска и привлекают бюро к делу. Иначе запись останется в том бюро, которое в решении не названо, и банк формально будет прав, не удаляя ее.

Подходит любой документ, который привязывает человека к месту и времени: справка из воинской части, табель с работы, больничный лист, посадочный талон, данные пропускной системы. Чем точнее документ по датам, тем он весомее, а несколько таких документов вместе закрывают весь спорный период.

Обратитесь за консультацией к этому эксперту

Нажимая на кнопку, я соглашаюсь с политикой обработки персональных данных